Такой подход к лечению развивают именно врачи. С одной оговоркой - те врачи, у которых заболел родной человек. Им, как врачам, больше других понятно, что психиатрия забила крин на близком им человеке. Ибо РКИ как средство доказательной медицины – это для врача, который лечит поток больных. И тогда 25% резистентных больных – это нормально и даже хорошо. Однако ценность этих РКИ для человека, попавшего в эти 25% - нулевая. И тогда становиться бесценным любой практический опыт лечения нестандартным способом.
Впрочем, в своих исследованиях психиатры пытаются использовать именно такой подход. Но это в исследованиях, а не в реальной психиатрической практике.
К примеру, из статьи в одном из медицинских журналов, напечатанной в этом году, по поводу лечения кататонии:
«В патогенетических механизмах острых психотических состояний, к которым относится кататоническая шизофрения, основополагающими звеньями являются развитие эндогенной метаболической интоксикации, гипоксии, оксидативного стресса, расстройства микрогемодинамики, угнетение энергетического метаболизма и снижение вследствие этого энергетического заряда органов и тканей. Клинически перспективным является воздействие именно на эти звенья»
Мой более чем скромный опыт трехмесячной борьбы с кататонической симптоматикой у моего сына позволяет мне утверждать, что приведенное выше утверждение таки имеет отношение к истине. Но мне пришлось в этих вопросах разбираться самой, потому что и кататоническая симптоматика у моего сына плохо поддавалась стандартным методикам ее устранения.
И только тогда, когда были подобраны средства для выведения из организма аммиака, свободных радикалов, нормализации кислотно-щелочного баланса и баланса электролитов, эта симптоматика у моего сына стала уходить. Я бы даже сказала, что ее вообще можно убрать без всякого использования нейролептиков. А потом я обнаружила, что в принципе психиатры тоже так считают. Вот только в широкую психиатрическую практику это пока еще не внедрено.