1)причина госпитализации
Григорий разбил 2 телевизора микроволновку пиремник и много чего еще, утром боясь что с ним что-то нехорошее участковый выломал дверь, и Гриша к сожалению на него накинулся, после чего он вызвал спец скорую которая его увезла.
Скорее повод. Причной я все же считаю ухудшение состояния из-за грубого вмешательства в его privacy (отбор лекарств, чтение личиной переписки и стеб над его усилиями и т.д.)
2)условия прибывания
первое время он находился в какой-то жесткой обстановке, даже зубную счетку не передавали, сейчас его перевели в другое отделение где разрешены свидания и более общий режим.
Что Вам мешало ускорить перевод в отделение, из приемника, где по всем канонам больше нескольких часов находится нельзя?
3)добровольность/недобровольность
У нас нельзя так просто человека закрыть, как только его привезли, ему предложили подписать документы что он хочет там лечиться (ну или как то так, текст не видел), он подписал. Однако как только его перевели в отделение где есть свидания появились какие-то заявления и судебные разбирательства.
Примерно с 16 часов четверга Григорий подал официальный отзыв согласия и нанял адвоката для защиты своих прав. С этого момента он находится без согласия. Это факт.
Доктор сказал что необходимо еще время на диагностику, так как Григорий у нас очень скрытный и ничего неговорит.
И не скажет, не стройте иллюзий. Контакт, доверие к врачам безвоозвратно утрачено. Только клинический идот доверится тем, что его держал как скотину десять дней, не давая прогулок, свиданий, права связаться с кем либо. Я слушал диалоги с его врачом в приемнике. Очень сложно войти в доверительный контакт с таким доктором.
Личение пока никакое не получает
Я за 2500 км от Вас больше знаю, при том, что участие мое здесь мизерное. Получает минимум три препарата. Один из них точно трифтазин, дозы увеличены с четверга (после визита адвоката). Другие, предположительно сонопакс и циклодол.
Родители говорят что состояние агресивное, сам я на свидание с ним еще не ходил.
В этом, учитывая обстоятельства, ничего странного. К иным людям он не агрессивен. Я говорил с двумя из тех, кто у него был на свидании, данные от них не стыкуются с Вашими никак, отмечают и явное влияние на состояние лекарств, и вместе с тем, хороший продуктивный контакт, открытость и приветливость. Может Вам зайти все же? На 16 день госпитализации то? Самому спросить, что и как, чем лечат, как состояние, поправляется ли?
Друг мой, вы так меня и не услышали… жаль…
Далее вижу бесполезной нашу беседу. Хотите суд, пусть будет так.
Что и как там будет - не мое дело. Если Григорий решит лечится в ПБ Новосиба - отлично, если решит, что его права не нарушены, и все ок - ради бога. Но попросит помощи конкретной - поможем, и вполне допускаю, что его видение помощи будет отличным от того, что “предложили” родственники.
Лучшее что вы можете сделать, это посоветовать Грише рассказать врачам, что реально его беспокоит а не рвать у себя на груди рубашку.
С Вашим братом, если Вы еще не поняли, по телефону поговорить невозможно, он лишен такой возможности, иначе я бы сам сто лет назад это сделал, т.к. всякого видал, и возможность оценки ситуации в живой беседе никогда не лишняя. Связь с ним возможна на уровне, чуть лучше чем “дымами от костра”, таковы условия в той ПБ, куда вы его определили. Врачи той ПБ вообще отказываются говорить по телефону. Все пробовали.
Если бы, в данной ситуации, при всех “дано” я понял, что парень в ПБ получает более или менее сносную и соответствующую состоянию терапию, то я первый бы призвал всех, не вмешиваться, забить на совковые издержки и правовые косяки и просто ждать, пока коллеги, в меру своих сил и умений, будут делать свою работу.
Именно местные виртуальные докторишки советовали ему буквально незадолго до госпитализации не лезть в бутылку, успокоиться, сотрудничать, подписать согласие и лечится. Зря. Были избыточно оптимистичны. Ничего позитивного не произошло и не происходит и с переводом в 31 отделение. Все напротив, идет по весьма мрачным, но накатанным сценариям. Парень теряет время, состояние ухудшается.