Внимание, Новосибирск! (история одного парня)
#1Занятная история, господа. Место действия г.Новосибирск.
Обратился мальчик Г. доктору (rombeck), долго говорили, советовались… Роман объяснил парню, что с ним, как это лечить, организовали силами пациентов передачу лекарств, денег заслали на обследования… все бы хорошо, но вот незадача, Г. в свои 22 года пока зависим от родителей и брата, а это те еще персонажи, как выяснилось. Не вдаваясь в подробности… не успели еще мы порадоваться первым положительным подвижкам в состоянии парня, как вмешалась семейка, они, люди большого ума и опыта, бдительные и усмотрели в том, что сын лечится, не что иное, как наркоманию. Следует заметить, что и саму депрессию парня (затяжную, с деперсонализациями и дереализациями, довольно выраженную) они считали за слабость, лень и т.п, короче вся помощь от них была в стиле «соберись, тряпка».
Родственники (папа, мама, брат) украли у него лекарства, что-то там мутили с ФСКН (пугали, или не только), и потом, на пике очередного семейного скандала, когда Г. разбил телек (это он зря, конечно, но понятно состояние абсолютно – обрыв лечения сам по себе тяжелый, а там и исходно было не легко ему, тут и психологических причин достаточно для покрошить обстановочку), и тут то они его и сдали в ПБ.
И если все до этого момента можно охарактеризовать как «не повезло парню», то дальше все интереснее.
Минут за 15 до скорой парень переписывался с врачом, и до того более чем достаточно общался, достаточно, чтобы понять, что оснований для госпитализации нет. ОК, даже допустим мы все тут идиоты, и вообще не в состоянии понять по многочасовым логам, что и как с человеком, а на самом деле там ст.29 без вопросов. Допустим, пусть 0,01% вероятности, но мало ли… Но что происходит дальше?
С 16.10.2009 по сей день (одиннадцать дней!) парня держат в некоем приемном отделении (койки в коридоре, заполненные преимущественно алкогольной публикой, рядом с приёмным покоем). Никакие попытки связаться с ним, в т.ч. и ножками пришедшими туда людьми, не увенчались успехом – не дают звонить, писать, свиданий, принимать передачи – ничего. Врач приемного покоя ГНКПБ N3, некая Власова Татьяна Геннадьевна по телефону врёт про карантин, говорит, что он «сам не хочет никого видеть» (как нам известно, на самом деле он пытался прорваться к посетителю, но сомнительной трезвости охрана сработала четко) и т.п., позже – просто бросает трубку уже. Я молчу про право на встречу с выбранным представителем или адвокатом, право на звонки, право на переписку, про прогулки и т.п. Да, если там ст. 29, то какого черта он делает одиннадцать дней (!) в приемнике, где по определению нет условий находиться более чем сутки? Почему его не лечат и не отпустят (адекватного лечения любого заболевания в рамках приемника быть не может, это очевидно)? Сплошные почему…
Если это читают коллеги из Новосиба, прокомментируйте? Что там у вас творится то? ЗПП за Уралом отменили? Это везде так, в Сибири, или только в славной ГНКПБ N3?
Но мало смотрят и слушают.