Еще о “карательной психиатрии” из блога психиатра gutta-honey:
“коллеги живут в основном в позорных хрущовках. Есть те у кого быт более организован, но в основном за счет супругов-родителей, которые к медицине не имеют отношения. Но вот если кто-то и пользуется служебным положением ради личной наживы, вряд ли это можно назвать “карательной психиатрией”.
2. Никаких надбавок врачи не имеют за недееспособных лиц, которые находятся в стационаре. Коллеги, если кто-то имеет, подайте голос. Пиздюлей отгрести от прокуратуры, начальства и каких-нибудь комиссий за длительный койко-день, это запросто. Кроме того, недееспособный гражданин в отделении - это гора бумажной работы. Так что уж поверьте на слово, что кроме неприятностей и проблем от недееспособного мы ничего не имеем.
3.Лечащий врач никакого участия в признании недееспособным не принимает. Этими делами занимаются эксперты.Единственное, что мы на запрос суда соответствующей формы можем ответить, состоит или не состоит человек на учете, находится или нет в настоящее время в психиатрической больнице.
4. В настоящее время тематика отъема личного имущества, чуть ли не первая в бредовых переживаниях больных. Этом способствуют СМИ, которые охотно и много говорят об этом. Даже те у кого имущества и в помине нет говорят часто, что оно было и его украли. Врач при этом часто первое лицо, которое включается в бредовые переживания. Но бред бывает разный. Пара пациенток думает, что я перевоплощенный инопланетянин. Может вызывать космические войска? Нет, это специфика работы.
5. Есть больные, которые в силу совершенных серьезных правонарушений не раскрывают истинной причины своего пребывания в стационаре. Больные - это тоже коллектив, в котором некоторые вещи не приветствуются. Например, зверские убийства с расчлененкой или убийства и издевательства над детьми ( особенно над чужими), мягко говоря, не очень соседями по палате одобряются, вплоть до очень серьезных столкновений. А вот такие истории, что родственники с врачами отняли квартиру, вызывает живейшее участие. Чем многие пользуются. поймите правильно, что прийти в палату и рассказать всем больным, что здесь делает этот человек, и что он совершил перед поступлением я не могу по этическим причинам, а так же согласно законодательству. Более того, мне, собственно все равно, что там они там друг про друга считают, лишь бы мирно сосуществовали в обществе друг друга. Раньше было так же модно говорить, что причина нахождения в больнице инакомыслие, но сейчас сами больные считают это некоторым “перегибом”. Поэтому, последние лет 7 так себя никто не позиционирует.
6. Не знаю, как там в центральных больницах, но у нас, в рядовом дурдоме, не то чтобы “карать”, лечить-то нечем. Психиатрия на ряду с фтизиатрией самые малодатируемые отрасли медицины. Да-да. Нет лекарств ( не только там новых, но и старых нет), нет ремонта, отвратительная еда.
7. В больницах в настоящее время накопилось множество социальных больных. Жить они не могут самостоятельно, интернаты их не берут по причине отсутствия мест. И, заметьте, больных интернатам нужно не абы каких. Чтобы без психоза, чтобы могли себя обслуживать, чтобы не было вредных привычек ( водка, сигареты, чифирь), не судимых, не имеющих припадков, не склонных к агрессии. Такие больные (если их можно назвать больными) и дома живут прекрасно и не нуждаются в услугах дома интерната.
8. Пресса охотно берется за разоблачения врачей-вредителей. Но вот когда просишь помочь чем-то конкретно, тут нет, увольте. У нас периодически находится девушка, которую государство оставило без квартиры. Никто ей не хочет помочь,даже тем, чтобы просто продвинуть ее дела, чтобы на нее обратили внимание. Это дело не поднимит тираж. Вот грязь разводить- это у нас в обществе очень востребовано.”