Что представляет из себя психиатрическая больница в российской провинции
#1В Белгородской области ЧП. Покинув детдом, Володя Иванников вернулся в с.Казацкую Степь Губкинского района, где раньше жил вместе с матерью Н.Е.Дорошевой, пока её не лишили родительских прав. Пришел, а в его квартире — живут чужие люди. Мать недавно умерла, теперь, говорят они ему, тут мы хозяева.
Кто лишил сироту жилья? Ведь по закону, при отправке в детдом, постановлением главы района за ребенком закрепляется родительская квартира.
Володя устроился в хозяйство. Работал штурвальным на комбайне, сеял на сеялке, ремонтировал трактора. Он и в детдоме был на все руки мастер, а однажды, рассказывают, даже спас на реке утопающего. Он вполне может жить самостоятельно, уверяли меня. Умелый парень приглянулся руководству, послали за паспортом.
Приехал Володя за ним в свой Борисовский детдом-интернат для психонеразвитых. Но там вместо паспорта сироте всадили слоновью дозу аминазина, от которого дуреешь, кололи не один день, а не так давно и вовсе отправили… в психушку — один из психинтернатов области, где держат до смерти. И она не заставляет себя ждать. В этом я убедился в Борисовском психоневрологическом интернате.
Поразила смертность. В первую неделю, когда я приехал, умерли трое. В один год похоронили 30 человек, в другой — 44, что превышает даже страшную цифру смертности в среднем по стране.
Особенно ужаснуло, что для четырехсот человек здесь третий год нет… психиатра. Хотя по нормативам этих врачей должно быть семь! А единственный психотерапевт, работающий на полставки, осваивал свою специальность на двухмесячных курсах…
Зато в конце, чтобы сгладить впечатление, мне с гордостью показали на стене грамоты из высоких инстанций, свидетельствующие, что этот психинтернат считался в России и по области… образцовым. Что же тогда творится в других? В соседнем Грайворонском психинтернате также встретил минимум врачей и максимум смертей. Но в Управлении соцзащиты администрации Белгородской области, которым командует В.З. Гетманский (именно ему подчинены интернаты) — тишь да благодать. Невольно подумалось: может, все это кому-то на руку?
Оказалось — да: это многим выгодно. В Борисовском интернате сотрудники воровали у “дурачков” продукты, пищу в столовой, лекарства, “экономили” на причитающейся им за работу зарплате. Кроме того, из своей пенсии больные психинтернатов получают только 25%. И не знают, что остальные 75%, в соответствии с Разъяснением Минтруда РФ № 6 от 18.09.97 г. “О перечислении пенсии лицам, находящимся в психиатрическом учреждении”, должны накапливаться каждому на счете, как на сберкнижке. Их нельзя использовать на нужды интерната, они — личная собственность человека. За эти годы умирали сотни больных. Кому доставались миллионы рублей их накоплений? Их должны бы передавать наследникам, но… Похожий случай, кстати, прокуратура расследовала под Ульяновском, но на Белгородчине с разбирательством не торопятся.
Еще — “квартирный бизнес”. Много шума наделала история с детдомовцем Романом Степановым. Его сначала поставили в очередь на жильё. А когда очередь стала подходить, областное Управление соцзащиты, по путевке первого зам. начальника Ю.А.Зайцевой, незаконно упрятало его в Борисовский психинтернат. Там Роман узнал, что в трех психинтернатах области немало детдомовцев и других жителей Белгородчины, с кем проделали то же самое. Кому доставались их квартиры — можно только догадываться.
Детдомовцам часто ставили диагноз “олигофрения в степени дебильности”. Для человека непосвященного звучит пугающе, но послушаем специалистов:
— Это даже не болезнь, а небольшая умственная отсталость, — заверили меня опытный врач-психиатр Грайворонской областной психиатрической больницы В.И.Придацкая и ее коллеги. — Раньше с таким диагнозом в армию брали, и нормально служили ребята. Да и сейчас часто учатся в обычной школе, живут обычной жизнью, семью, хозяйство заводят, детей растят.
Но на Белгородчине выбросили сирот из жизни. Власти хорошо знают, и об этом уже писала пресса, сообщало телевидение, что в Борисовской психушке сегодня “заключена” Рита Кармышева. В Алексеевке ей дали среднее и профессиональное образование (причем в аттестате 4 и 5!), выучили на швею.
— Двух моих подруг с таким же диагнозом забрали к себе родственники,
— с горечью рассказывает Рита, — одна сейчас работает на сахарном заводе, другая на швейной фабрике, а у меня родных не нашлось…
В её личном деле обнаружил ходатайство детдома на имя главы района о выделении положенного ей по закону вне очереди жилья. Но, видимо, квартира оказалась нужнее кому-то другому. А сироте, по путевке Гетманского, с соблюдением всех процедур вне очереди “выделили” психушку. И… разлучили с родным братом, отправив его в Уразовский психинтернат, хотя можно было их поселить рядом.
Подобным образом из жизни оказались выброшены десятки беззащитных сирот.
За стенами Борисовского, Грайворонского и Уразовского интернатов области сегодня Р.Кармышева и В. Литвинов, С.Олефанов и А.Мищенко, А.Алемян и Т.Климова, Н.Орешкова и Е.Смердов, А.Василюк, Е.Трефилов, М.Головкина, С.Инякова и многие другие.
— Детдомовцы каждый год получают квартиры, — заверяла меня зам. начальника областного Управления образования, председатель комиссии по правам человека при губернаторе области С.Н.Калашникова. Но когда поинтересовался, сколько квартир давали ежегодно по районам, правозащитница смутилась: это, мол, закрытые от журналистов данные. И не удивительно, ведь сирот, именно с подачи детдомов Управления образования, вместо квартир обеспечивали психушками.
Но как в стенах психинтернатов оказались сотни других жителей Белгородчины? Соцзащита одной рукой ухаживает за одинокими и престарелыми, а другой, когда надо, решает вопрос об их отправке в психушки. При участии медицинских учреждений Управления здравоохранения области, разумеется.
Если наследников нет — угадайте: кому достается квартира? Ею распоряжается опекун, назначаемый главой района.
Потом опекуном становится психинтернат. Любой опекун может всё, даже продать жилье. Главное, чтобы в районной администрации, обязанной защищать права и имущество опекаемых, дали добро. А в Управлении соцзащиты сказали, что учет по жилью до 2005 года не вели.
В соцзащиту могут обратиться и родственники, чтобы упечь дорогую бабушку и освободить жилплощадь. Не скупясь, понятно, на благодарность.
Закон “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании” гласит, что дееспособного человека (то есть “в своем уме”) можно отправить в психинтернат только по его личному заявлению. Недееспособного — только после решения суда, признавшего его недееспособным. Но начальник Управления соцзащиты областной администрации В.3.Гетманский и его замы с этим мало считались.
Удивительно, как в ловушку угодил Анатолий Петрович Семейкин, человек серьезный, строитель по профессии, который волею судьбы остался без жилья. Он сам пришел в соцзащиту, попросился временно на зиму устроить его в Дом престарелых, но там мест не оказалось. Предложили Борисовский психинтернат, обещали, что к лету отпустят, но… насильно держат уже 6 лет!
— Меня вообще не имели права сюда направлять, — подчеркнул Семейкин во время нашей встречи, — заявления я не писал, суда и инвалидности по психическому заболеванию у меня не было.
В его личном деле, я убедился, полно подобных нестыковок и несоответствий, но никто в этом разбираться сегодня не хочет.
С ошибочным диагнозом, как выяснилось, попал сюда также Володя Литвинов и многие другие. Даже у поступавших с решениями райсудов в документах порой столько нарушений, что встает вопрос об отмене решений, проведении независимой экспертизы. Но кому это надо?
Прокуратура области в официальном представлении об устранении нарушений законодательства, направленном в адрес Управления соцзащиты, признала, что детдомовца Романа Степанова упекли в психинтернат незаконно. Грубо нарушен УК РФ, но в возбуждении уголовного дела уже который год отказывают. Не так давно в области сменился прокурор, но, видимо, есть желающие подставить его, убедить не замечать беззаконий.
В январе 2002г., чудом выбравшись из интерната, Роман начал всюду писать, от губернатора до генерального прокурора, Госдумы и президента, о многих людях, незаконно удерживаемых в психушках, добивался их освобождения. Но все идет по-прежнему. Не прокурор ли Борисовского района Е.Е.Ночёвка направил в суд массовые иски о признании порядка 200 проживающих в Борисовском интернате дееспособных людей недееспособными? Не судья ли А.И.Бабаев подмахнул нужные решения и все стало шито-крыто? Ворота на замок, всех объявили дурачками, лишив права покидать интернат и… распоряжаться своим имуществом.
В решениях (анекдот!) указали, что они “могут быть обжалованы в течение 10 дней”. Но весь фокус в том, что, в нарушение ст. 284 ч.1 ГПК РФ, проживающих в интернатах не только не вызывали в суд, хотя состояние их здоровья позволяло это сделать, но даже не сообщили о проведенном суде, что лишило их законного права на защиту и обжалование приговора. Экспертов якобы “очной” судебно-психиатрической экспертизы “больные”, с которыми я встречался, утверждают: в глаза не видели! А любопытно бы посмотреть, что это за эксперты, которые признали правильными все 100% действий нарушителей закона, упекавших белгородцев без суда в психушки?
Или как объяснить такой парадокс: при приеме в интернат в личном деле каждого положено указывать, что ставить вопрос о признании человека недееспособным нет оснований. Откуда эти основания вдруг появились, у всех сразу ухудшилось здоровье? Но областная прокуратура, призванная опротестовать незаконные решения, сегодня ничего “не замечает”.
И если бы это единственный случай! В 1995-2000 годах тот же судья Бабаев “заочно” приговорили к недееспособности более 500 человек, длительное время перед этим содержавшихся за стенами Грайворонского психинтерната.
Экспертиза проводилась заочно. Тем не менее (и это главное!), проведенные позже суды юридически не оправдывают того, что людей до этого незаконно направляли и годами держали в психушках. Выходит, налицо были признаки преступления?
…Узнав о приезде журналиста в Борисовский психинтернат, прокурор Е.Е. Ночёвка позвонил: что это вы, дескать, там делаете? А к концу работы “смычка” психиатрии, властей и правоохранительных органов явила себя открыто во всей красе. Когда я хотел ознакомиться с финансовой документацией, директор интерната Л.Н.Долина разрешила, но… почувствовав вдруг опасность, заявилась с участковым. Оба они признали, что к работе журналиста претензий нет, но, нарушая УК РФ, проверку проводить не дали. А позже, чувствуя неладное, в “глухое подполье” ушло и руководство Управления соцзащиты.
О беззакониях в психинтернатах Белгородчины 10-11.02.05г. писала “Российская газета”. Трижды в программе “Под грифом “Секретно” било тревогу по ТВЦ центральное телевидение. Но местные власти и ухом не повели. Лишь по невидимой указке, переврав очевидное, умельцы состряпали под диктовку соцзащиты статью в “Белгородских известиях”.
Недавно в передаче “Спецрасследование: “Черные риелторы” — о сотнях людей, содержащихся в психушках Белгородчины, — сообщил первый канал ЦТ. И опять местные чиновники оправдались по областному телевидению. А послушная им газета “Голос Белогорья”, извратив факты, вылила на участников передачи ушат измышлений.
Номера центральных газет с критикой в адрес здешней власти подписчикам, бывает, просто не доставляют. Критику по телевидению легко нейтрализовать вырубанием электричества или трансляции. Безрезультатными оказались за последние годы и прямые обращения в Минздравсоцразвития, Минобразования, Минюст, Госдуму, в Комиссию по правам человека при президенте РФ и Генеральную прокуратуру.
Тот же Роман Степанов из-за передряг, связанных с незаконным помещением в психушку, лишился полученной впоследствии квартиры. Говорит, ему угрожают, чтобы никуда не писал, били в милиции. Теперь спят и видят, как бы и его признать недееспособным, чтобы его письма нигде не читали…
От имени сотен людей, права которых грубо нарушены, обращаемся к Генеральной прокуратуре с убедительной просьбой: провести тщательную комиссионную проверку в трех интернатах области с выездом на место и принять меры по отмене незаконных судебных решений.
Освобожденных из интернатов можно расселить в общежитиях и Домах инвалидов. Кроме того, в соответствии с Законом “О психиатрической помощи” в областях должны быть специальные общежития для больных с психическими нарушениями. Для Белгородчины, одной из лучших в стране по строительству жилья, возвести такое общежитие или приспособить имеющееся не сложно.
Будем надеяться, что губернатор Евгений Савченко, принявший актуальную Программу улучшения качества жизни населения, сможет позаботиться о беззащитных.
Надо заметить, что Белгородчина — не исключение. В последние годы СМИ всё чаще с тревогой сообщают, что в психиатрии широко набрал обороты “квартирный бизнес”. Приводятся примеры по Москве, Санкт-Петербургу, Волгограду, Сыктывкару, Владивостоку…
Подобных случаев — множество. Между тем, еще в 1999г. в специальном докладе “О соблюдении прав граждан, страдающих психическими расстройствами” тогдашний Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации О.Миронов пришел к выводу, что принятый в 1992 г. закон “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании” в стране не работает. Отметил, что по произволу чиновников в психбольницу или психинтернат сегодня могут на всю жизнь заключить любого без личных заявлений, судов (зачастую “заочных”) и экспертиз, по ложному диагнозу. А предусмотренные тем же Законом обязательные ежегодные освидетельствования больных с целью выписки не проводятся (как, заметим, и в белгородских интернатах). Поэтому многие, кто мог бы жить в обществе, обречены на смерть в нечеловеческих условиях.
Уполномоченный потребовал тогда от правоохранительных органов решительных мер по пресечению преступного лишения людей имущества и жилья с помощью психиатров. Но произвол продолжа- ется. Видимо, кому-то выгодно, чтобы Закон “О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании” в стране все-таки не работал. А в это время дельцы от психиатрии обштопывают свой прибыльный бесчеловечный бизнес.
Но напомним, Президент РФ с трибуны недавней международной пресс-конференции заверил, что главное завоевание — это свобода людей, а вовсе не разгул криминала. Общество ждет, когда, наконец, Минздравсоцразвития, Генеральная прокуратура, депутатский корпус наведут в психиатрии порядок. Началом могли бы стать слушания в Госдуме, обсуждение в Правительстве, Общественной палате. Если Россия — не зона “в законе”, если жива ещё в нас совесть, наш долг — позаботиться о тех, о ком заботиться больше некому.